Georgievskaya lenta UP

Ляпидевский Анатолий Васильевич

 

Рис. 1
Дата рождения  23 марта 1908 года
Место рождения  Станица Белая глина, Краснодарский край
Дата смерти  29 апреля 1983 года 
Место смерти 

г. Москва

Принадлежность  Flag of the Soviet Union.svg СССР
Звание  Генерал-майор
Награды и премии 

Герой Советского Союза

Орден Ленина Орден Красного Знамени 

(10 (23) марта 1908 — 29 апреля 1983) — советский летчик, первый Герой Советского Союза (1934), генерал-майор авиации (1946).

  

Содержание:

1. Биография

2. Подвиг

3. Награды

4. Память

5. Узнать больше


 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

georg line

 

1. Биография

Анатолий родился 23 марта 1908 г. в казачьей станице Белая Глина (Краснодарский край). Его отцом был сельский священник. Детство Толя провел в городке Ейске на берегу Азовского моря.

Рис. 2 Рис. 3Рис. 4

С юных лет работал. Когда пришло время, и Анатолия призвали в ряды Рабоче-крестьянской Красной Армии, он решил поступить в морское училище. Однако «непролетарское происхождение» не позволило ему стать военным моряком. Кто-то, пожалев парня, посоветовал идти в школу летчиков. Что ж, летчик – тоже профессия мужская, решил Анатолий. В 1927 г. он окончил Ленинградскую военно-теоретическую школу летчиков.

Рис. 5

В 1928 г. завершил обучение в Севастопольской высшей школе красных морских лётчиков. Служил в ВВС Краснознаменного Балтийского флота, а затем лётчиком-инструктором в Школе морских летчиков и летнабов им. Сталина в г. Ейске.

Генерал-полковник авиации Н.П. Каманин вспоминал: «Анатолий Ляпидевский – кубанский казак, человек широкой натуры, вихрастый, плотно сбитый крепыш. Свой путь в авиации он начал в родной мне Ленинградской школе теоретического обучения – "терке". Но если я в "терку" пришел прямо со школьной скамьи, то Анатолий до нее поработал в кузнице, в слесарной мастерской, на маслобойном заводе, помощником шофера в автобусе. Когда по стране прокатился клич: "Молодежь – в авиацию!" – Анатолий Ляпидевский осуществил свою заветную мечту: стал летчиком. Путевку в небо ему дали опытные инструкторы Василий Молоков и Сигизмунд Леваневский».

В 1933 г. Анатолий Ляпидевский был отправлен в запас. Он ушел из армии в Гражданский Воздушный Флот и попросился на одну из самых трудных линий – сахалинскую в Чукотский отряд Управления полярной авиации Главсевморпути. Летал из Хабаровска через Татарский пролив в Александровск. Трасса эта очень тяжелая, но, освоив ее, Ляпидевский перевелся на Крайний Север. А в море тем временем в море уже вышел пароход, обессмертивший Анатолия Васильевич Ляпидевского.

 

georg line

2. Подвиг

2 августа 1933 года, взяв на борт 112 человек, из Мурманска во Владивосток вышел пароход «Челюскин».

Рис. 6

Он отрабатывал схему доставки грузов по трассе Северного морского пути за одну летнюю навигацию. На Северный морской путь, позволяющий морями транспортировать грузы на Дальний Восток и в Юго-Восточную Азию, СССР возлагал большие надежды. Руководил экспедицией Отто Юльевич Шмидт. На трудных участках пути в проводке «Челюскина» через ледовые поля планировалось участие ледокола «Красин». Одновременно на «Красине» лежала обязанность провести из Архангельска в устье Лены три грузовых парохода. В 1933 году состояние льдов у Таймырского полуострова было крайне неблагоприятным, потому возникло опасение, что без помощи «Красина» грузовые пароходы не смогут пройти обратно в Архангельск. Так как «Челюскин» к тому времени продвигался вперед успешно, то было решено оставить «Красина» в помощь ленским пароходам. Это было неправильное решение. «Челюскин» попал во льды и несколько месяцев дрейфовал вместе с ними.

Рис. 7Рис. 8

13 февраля 1934 года в результате сильного сжатия он был раздавлен льдами и затонул в течение двух часов.

Рис. 9

Ещё заранее, опасаясь подобного исхода, экипаж парохода подготовил всё необходимое для выгрузки на окружающие льды, включая кирпичи и доски, из которых строили бараки. В результате катастрофы на льду в условиях полярной зимы оказалось 104 человека.

Через два дня после крушения судна в Москве была образована специальная комиссия, которую возглавил Валериан Куйбышев. На поиски экспедиции на Чукотку вылетели 3 самолета из Хабаровска, 5 – с мыса Олюторского, 2 – с Аляски.

Из Владивостока со спасательными партиями, самолетами и дирижаблями вышли пароходы «Смоленск», «Сталинград» и «Совет». С запада, курсом на Чукотское море, шел ледокол «Красин».

Для эвакуации людей со льдины, разными маршрутами были направлены несколько групп летчиков, имевших опыт полетов в сложных метеоусловиях.

Рис. 9а

Ближе всех оказался экипаж летчика Анатолия Ляпидевского. Именно там, на Крайнем Севере, и застал летчика приказ вылететь на помощь «челюскинцам», и Ляпидевский даже не обдумывая такого приказа, сказал своему экипажу: «…летим спасать «челюскинцев!» Экипажу АНТ-4, в который помимо командира самолета Анатолия Ляпидевского входили: второй летчик Е.М. Конкин, штурман Л.В. Петров и бортмеханик М.А. Руковской, предстояло не просто найти дрейфующую льдину, но и посадить на импровизированный аэродром тяжелый самолет (!), чего еще никому не удавалось в мире (!).

Рис. 10

Помимо всего прочего, летчики боролись с непогодой – сильнейшими морозами и ветрами. Экипаж Ляпидевского первым прибыл в Уэлен на мыс Дежнева, где была организована база по спасению «челюскинцев». Это был первый его полет на Север. Оттуда они и должны были вылететь на поиски и спасение терпящих бедствие. Время на основательную подготовку к поисковой экспедиции не было – на кону стояли жизни людей. Ведь на помощь «челюскинцам» ринулись многие летчики, но им не удалось даже долететь до Уэлена, кто разбил самолет, кто не смог по техническим причинам лететь дальше. Экипаж А. Ляпидевского примерно представлял, где нужно было искать лагерь «челюскинцев», но все это были предположения, и искать пришлось все же «вслепую». Но они никак не могли вылететь на поиски: «…трудно описать наши переживания. Бушует пурга, ветер с дьявольским свистом издевается над нашим бессилием. Даже на собаках ездить нельзя – не то, чтобы летать! Локти готовы грызть от досады!!», - вспоминал А. Ляпидевский. Более того, для того чтобы завести двигатели необходимо было разогреть масло в них, а разогревали его открытым огнем и затем заливали в картеры двигателей. Да и грелась вода и масло очень долго. Причем, заводились двигатели далеко не одновременно, бывало частенько так: один уже завелся, а другой долго не мог запуститься, в итоге – не хватало банального светового дня для полета на поиски. И так каждый день, с каждым двигателем. А условия, в которых летал Ляпидевский, были таковы, что забытая однажды меховая маска и потерянная перчатка при полете в открытой кабине на 35-градусном морозе стоили ему обмороженного, почерневшего, кровоточившего и потрескавшегося лица. Необходимо было госпитализировать его, но фанатизм выполнения задания и спасения людей настолько овладел Ляпидевским, что, не замечая полученных повреждений и жуткой боли (образовавшиеся трещины на лице и руке мазали йодом, затем все это замазали жиром) он упорно продолжал полеты! При одной из посадок самолет получил повреждение, и экипаж пересел на второй самолет.

Рис. 11

Все прекрасно понимали, что у «челюскинцев» пока одна надежда – именно их экипаж, остальные летчики еще очень далеко. Но ведь никто тогда и не задумывался о том, что случись с самолетом Ляпидевского поломка в результате поиска, то помощи они точно не получат – их просто не найдут, не успеют спасти! Они просто замерзнут! Отечественные самолеты тогда еще не были оборудованы радиосвязью.

Рис. 12

А.В. Ляпидевский вспоминал: «Двадцать девять раз пытались мы пробиться сквозь пургу и туманы в тяжелейших условиях Заполярья, и все безуспешно... Вылетали, брали курс, и каждый раз возвращались – стихия свирепствовала, мороз доходил до минус 40 градусов, а летали мы тогда без стеклянных колпаков над кабиной и даже без защитных очков, просто лицо оленьей шкурой обматывали и оставляли маленькие щелочки для глаз. Но от холода ничего не спасало. В конце концов на 30-й полет я обнаружил этот лагерь.

Солнце, тишина, но страшный мороз – 40-45 градусов... Мы всматривались до боли в глазах. И наконец, прямо «уперлись» в лагерь Шмидта. Первым лагерь увидел Лев Васильевич Петров, наш штурман, показал мне пальцем: «Толя, смотри!» Я обратил внимание: действительно, маленькая палаточка и около палатки три человека. Потом выяснилось – это были Погосов, Гуревич и бортмеханик Бабушкина Валавин, команда аэродрома, которая, живя в палатке, наблюдала за состоянием взлетного поля, которое они организовали на льдине.

Решил садиться. Захожу на посадку раз, другой – но для большой тяжелой машины площадка была очень маленькой, всего 400 на 150 метров (длина АНТ-4 – 18 метров). Промажу – ударюсь о льды, проскочу – свалюсь в воду. Сделал два круга и на минимальной скорости сел на льдину. Когда вылез, все вокруг кричали, обнимались, лезли целоваться. А у меня в голове одна мысль: черт, а как же я отсюда вылетать-то буду?!

Зарулил к троим этим храбрецам. Мы им привезли аккумуляторы для питания радиостанции, две туши оленей, взбодрили их. Они убедились, что самолет – это реальное спасение. Посоветовались с Отто Юльевичем Шмидтом и решили сразу взять с собой десять женщин и двух девочек... Самолет большой, тяжелый... впихнули, фигурально выражаясь, в большие, тяжелые малицы женщин и детей, и им пришлось кому-то лежать, кому-то сидеть, сильно сжавшись».

Старший радист экспедиции Э.Т. Кренкель, находившийся на льдине, позже вспоминал: «5 марта было холодно. Термометр показывал около сорока, когда... на сигнальной вышке появился флаг, означавший: к нам летит самолет.

Рис. 13

Процессия женщин и детей двинулась к аэродрому. В воздухе показался самолет - большая тяжелая машина АНТ-4. Радостный крик. Самолет пошел на посадку. Все заспешили вперед к аэродрому и... огромная полынья, длиной в несколько километров и шириной метров в 20-25, преградила дорогу... Нежданная водная преграда была преодолена - на рысях была доставлена шлюпка-ледянка...

В тот день к нам, наконец, пробился молодой летчик комсомолец Анатолий Ляпидевский. Это был трудный полет. В хаосе ледяных глыб и ропаков искать лагерь с воздуха было не легче, чем иголку в стоге сена. От мороза запотевали, летные очки, и Ляпидевский прилетел в пыжиковой маске, защищавшей лицо, но ухудшавшей видимость. По его признанию, такой маленькой площадки, 400х150 метров, он в своей летной жизни не видел. Машина у Ляпидевского была тяжелая, и посадить ее на наш ледовый аэродром, наверное, не удалось, если бы не упорная тренировка пилота. Взлетая со своего аэродрома, он, возвращаясь на него, приземлялся на немыслимо крохотный пятачок, специально отмеченный сигнальными флажками».

После первого полета на льдину Ляпидевский неоднократно вылетал из Уэлена к лагерю челюскинцев, но из-за погоды не мог к нему пробиться. 15.03.34 г. он должен был доставить запас горючего в Ванкарем. Однако во время полета в одном из двигателей его машины сломался коленчатый вал. Ляпидевскому пришлось идти на вынужденную посадку. При этом самолет повредил шасси и выбыл из строя. Ляпидевский не вернулся на аэродром и в отсутствии связи пропал без вести.

- Полуживого отца нашел возле самолета какой-то местный чукча, который привез его в свою ярангу, отогрел и накормил, - рассказывал впоследствии Роберт Ляпидевский, сын пилота. – Этот же чукча дал Анатолию Васильевичу и свою собачью упряжку, чтобы тот съездил в поселок Ванкарем и изготовил в местных мастерских новую раму для ремонта сломавшейся лыжи шасси. Взлетал он тоже сам… На ремонт ушло сорок два дня.

Рис. 14

Следующий рейс на льдину был совершён только 7 апреля. За неделю летчики Василий Молоков, Николай Каманин, Михаил Водопьянов, Маврикий Слепнёв, Иван Доронин вывезли на материк остальных челюскинцев.

Рис. 14а

Последний рейс был совершён 13 апреля. Всего лётчики совершили 24 рейса, перевозя людей в чукотской становище Ванкарем, находящееся в 140-160 км от места ледовой стоянки. Лётчик Михаил Бабушкин и бортмеханик Георгий Валавин 2 апреля самостоятельно прилетели со льдины в Ванкарем на самолёте Ш-2, служившем «Челюскину» для ледовой разведки.

Рис. 15

Все 104 человека, два месяца проведшие в условиях полярной зимы на льдине, были спасены.

Это была победа молодой советской авиации. Это была победа СССР.

20 апреля, во всех советских газетах был опубликован правительственный указ о присвоении летчикам Анатолию Ляпидевскому, Сигизмунду Леваневскому, Василию Молокову, Николаю Каманину, Маврикию Слепневу, Михаилу Водопьянову и Ивану Доронину звания Героя. В народе их прозвали «великолепной семеркой».

Рис. 16

Собственно и само звание было учреждено «под них» – постановлением ЦИК от 16 апреля 1934 года. По Ляпидевскому не было отдельного постановления, но поскольку в списке он значился первым, его и стали считать Героем № 1. Когда в августе 1939-го учредили Золотую Звезду, то и медаль № 1 досталась ему. В стране начался культ «великолепной семерки» полярных летчиков, а вместе с ними – исследований Севера.

Рис. 17

На фото: первые Герои Советского Союза (слева направо): Сигизмунд Леваневский, Василий Молоков, Маврикий Слепнев, Николай Каманин, Михаил Водопьянов, Анатолий Ляпидевский, Иван Доронин - полярные летчики, спасшие членов экипажа парохода «Челюскин». Фотокопия.

В 1934 г. в Москве участникам экспедиции была устроена торжественная встреча с руководителями советского государства и жителями столицы.

Рис. 18

На приеме в Георгиевском зале к Ляпидевскому подошел сам Сталин с бутылкой вина в руках. Увидев, что летчики пьют нарзан, он отдал отцу свой бокал и говорит: «Раз торжество, так надо пить не нарзан, а вино». И сам отхлебнул прямо из горлышка бутылки, а потом продолжил: «Запомни, Анатолий, у тебя отец – поп, я сам – почти поп, так что можешь ко мне всегда обращаться по любому поводу».

Рис. 19

Анатолий тогда и попросил Сталина дать ему возможность продолжить учебу.

Уже через несколько дней нарком обороны СССР Климент Ворошилов поставил на рапорте А.В. Ляпидевского о поступлении в Военно-воздушную инженерную академию им. Н.Е. Жуковского свою знаменитую резолюцию: «Проверить знания тов. Ляпидевского: если подготовлен – принять, если не подготовлен – подготовить и принять». Теперь для молодого летчика-героя были открыты все двери. С 1935 г. он снова в кадрах Рабоче-Крестьянской Красной Армии. В этом же году Анатолий познакомился со своей будущей женой – Ириной. Она происходила из семьи врачей, танцевала в ансамбле народного танца.

В 1937 году у Ляпидевских родился сын, которого отец назвал в честь знаменитого полярного исследователя Роберта Пири. Чуть позже появилась дочь Александра.

Рис. 20

Анатолий Васильевич после череды непрерывных парадов и чествований, лавиной обрушившихся на него в 1934 году, не любил привлекать к себе лишнего внимания. Он был очень сдержанным, очень скромным и интеллигентным человеком.

Рис. 20а

По просьбе руководства А.В. Ляпидевский стал… писателем, подготовив книгу «Пятое марта», в которой изложил историю спасения челюскинцев. Она была издана в 1935 г.

Рис. 21

В эти же годы знаменитые арктические летчики получали сотни предложений о трудоустройстве. Но нарком обороны запрещал им устраиваться на работу, требуя успешно закончить академию. Вообще К.Е. Ворошилов взял шефство над молодыми героями Арктики. В 1938 г. к XX годовщине РККА ребятам хотели дать звание майоров (они были капитанами). Ворошилов лично написал на представлениях к званию: «ПОЛКОВНИКИ!».

Рис. 22

Вспоминал «челюскинец» подполковник Э.Т. Кренкель: «С Ляпидевским в дальнейшем у нас сложились отличные отношения... Душевный и на редкость доброжелательный человек... Хорошо помню, как через пять лет после нашего спасения, в 1939 году, мы получали с Ляпидевским Золотые Звезды Героев Советского Союза. Судьба свела нас в один и тот же день в Кремле. На обороте каждой Золотой Звезды имеется очередной номер. Когда мы вышли из ворот Спасской башни на Красную площадь, я сказал:

- Толя, ты только подумай, Звезды будут получать еще тысячи людей. Все они, разглядывая номер на оборотной стороне, будут вспоминать тебя, потому что на твоей Звезде номер первый.

Рис. 23

Ляпидевский улыбнулся и промолчал. Моя возвышенная тирада его явно смутила.

Когда мы возвращались из Арктики, Толю прозвали «дамским летчиком». Прозвали его так потому, что он вывез из лагеря десять взрослых женщин и двух маленьких девочек, а прозвище пристало плотно еще и потому, что был Ляпидевский холост, и любое красноречие бессильно описать то внимание, которым одаряла Героя номер один прекрасная половина рода человеческого. По непроверенным слухам, письма и нежные записки носили нашему Толе, чуть ли не бельевыми корзинами».

В 1939 г. полковник Ляпидевский окончил Военно-воздушную Академию РККА им. Жуковского и был назначен заместителем начальника Главной инспекции Наркомата авиационной промышленности. Потом перешел в ЦАГИ – Центральный аэрогидродинамический институт, где работал начальником 8-го отдела (отдел эксплуатации, лётных испытаний и доводок).

Приходилось заниматься и общественной деятельностью. Анатолий Васильевич избирался членом ЦИК СССР 7-го созыва и депутатом Верховного Совета СССР 1-го созыва.

В 1940 году тридцатидвухлетний А.В. Ляпидевский был назначен директором авиационного завода №156 (Москва).

А.В. Ляпидевский в Омске

Через месяц после начала Великой Отечественной войны, к середине июля 1941 года, немецко-фашистские войска захватили Литву, Латвию, Белоруссию, значительную часть Эстонии, Украины и Молдавии, продвинулись в глубь советской территории на 300-600 километров.

Рис. 23а

В зоне оккупации оказались миллионы мирных людей, тысячи промышленных предприятий, в том числе оборонных. Красная Армия понесла огромные потери в живой силе и технике. Враг уничтожил, частью прямо на аэродромах, 3500 советских самолетов против 950 у немцев.

Рис. 24

Все это позволило фашистам захватить стратегическую инициативу и господство в воздухе, а Советский Союз поставило на грань военной катастрофы. Требовались срочные меры по перестройке всей жизни страны на военный лад. И, прежде всего, немедленная эвакуация оборонной промышленности на Восток, развертывание в стратегическом тылу новой мощной базы по производству техники, вооружений и боеприпасов. За вторую половину 1941 года на Урал и в Сибирь было перемещено около 2600 промышленных предприятий, в том числе 1523 крупных.

4 июля Наркомат авиационной промышленности издал приказ об организации в городе Омске авиационного завода на базе Московского опытно-конструкторского завода № 156 и Тушинского серийного завода № 81. В это время на заводе № 156 в состоянии сбора находился пикирующий бомбардировщик проекта «103» конструкции А.Н. Туполева (будущий Ту-2). Машина, обладавшая уникальными тактико-техническими данными, выпущенная массово в короткие сроки, могла существенно усилить советские ВВС.

В июле началась эвакуация предприятий из Москвы.

Рис. 25

На заводах №№ 156 и 81 погрузка в эшелоны шла в 3 смены, круглосуточно. Люди эвакуировались семьями. Глава семьи имел право на перевозку, за государственный счет, 100 кг багажа и до 40 кг на каждого члена семьи. На практике эти цифры сокращались, чтобы дать больше места в эшелонах для перевозки станков и оборудования. По воспоминаниям ветеранов об эвакуации: «Командировку мне оформили на 3 месяца, а растянулась она на всю жизнь… Поезд на Восток тащился 11 суток, пропускал все идущие на Запад воинские эшелоны…Уезжали ненадолго, даже без зимней одежды… Ехали даже не в теплушках, а под открытым небом, на досках и станках… В какой город приехали, мы узнали не сразу, такова была секретность… Омск после столицы показался очень неказистым. Почти повсюду непролазная грязь, домишки маленькие, серые, в них поразительная бедность...

Рис. 26

Приехали в Омск, а на месте заводской территории и в округе сплошное болото. Станки размещались в корпусах недостроенного автосборочного предприятия. Семьи заводчан после многочасового «сидения на узлах» развозили по школам и клубам небогатого жильём Омска. Взрослым и детям приходилось обходиться без элементарных удобств, спать на полу, на матрацах, вывезенных из Москвы, а позже мёрзнуть без отопления и зимней одежды.

Перед прибывшими поставили конкретную задачу: к концу 1941 г. освоить серийный выпуск пикирующего бомбардировщика проекта «103» (Ту-2).

Рис. 27

Первым директором авиационного завода в г. Омске 18 июля 1941 г. и был назначен А.В. Ляпидевский. 24 июля 1941 года он объявил приказ наркома авиапромышленности об объединении 81-го, 156-го и 166-го заводов в один с присвоением ему номера 166 (будущее ОНПО «Полёт»).

Люди и оборудование продолжали пребывать.

Из отчета 6 августа 1941 года на запрос Комитета партийного контроля:

  • Сколько вагонов прибыло в Омск? - 1901.

  • Сколько прибыло рабочих? – 4964

  • Сколько прибыло инженерно-технических работников? - 1788.

  • Прибыло всего людей (работников и их семей)? 19877.

Процесс осушения болот и возведение на этой территории корпусов нового авиационного завода проходило в исключительно тяжелых и драматических условиях. Масштабы строительства требовали привлечения такого количества рабочих и техники, которых в г. Омске просто не было. Единственный ресурс, который имелся в стране в избытке – заключенные ГУЛАГа. По этой причине строительство омского авиационного завода № 166 было передано Народному Комиссариату внутренних дел (НКВД). В докладной записке от 11 сентября 1941 года, направленной А.В. Ляпидевским и начальником Центрального конструкторского бюро № 29 Г.Я. Кутеповым главе НКВД Л.П. Берии, приводится расчет размеров производственных площадей и трудовой силы, необходимых для крупносерийного выпуска самолетов «103». Вскоре в Омск из-под Иркутска переместили «Омлаг» НКВД. Неподалеку от завода были построены несколько лагерей, где содержались заключенные-строители. В 1941-42 гг. были построены все запланированные корпуса, а также взлетно-посадочная полоса (ныне Космический проспект). C середины октября 1941 года авиазавод вышел в нормальный производственный режим, в сборочном цехе из деталей и агрегатов, изготовленных в Москве, начали собирать первый фронтовой бомбардировщик Ту-2.

В январе 1942 года он совершил первый взлет в омское небо.

Рис. 28

4 апреля 1942 года вышел Указ Президиума Верховного Совета РСФСР об образовании Молотовского района в г. Омске, а 27 июля 1957 года – Указ Президиума Верховного Совета РСФСР о переименовании Молотовского района в Октябрьский. Так на основе эвакуированных предприятий, бараков для их работников и заключенных «Омлага» возникла новая административная единица, которая также получила другое название - посёлок имени Чкалова, как признание заслуг самолётостроителей. За годы Великой Отечественной Войны завод № 166 изготовил 80 бомбардировщиков Ту-2, более 3500 истребителей Як-9.

Рис. 29 Рис. 30Рис. 31

В мае 1942 г. А.В. Ляпидевский был переведен из Омска в Подмосковье на должность начальника отдела испытаний Научно-испытательного института ВВС. Но Ляпидевский хотел воевать, и в сентябре 1942 года он был назначен заместителем командующего ВВС 19-й армии по тылу. В декабре 1942 – сентябре 1943 служил помощником начальника и начальником отдела полевого ремонта 7-й воздушной армии (Карельский фронт). Участвовал в обороне Заполярья. На его плечах лежала забота о сотнях вернувшихся из боя машин, а что такое ремонт техники в условиях полевых аэродромов Заполярья – это понять может только тот, кто там сам служил.

После войны

В 1946 г. А.В. Ляпидевскому присвоили звание генерал-майора и назначили главным контролёром Министерства госконтроля СССР.

Рис. 32

Его карьерный рост остановился в апреле 1949 г. в должности заместителя министра авиационной промышленности СССР. И причиной этому были следующие странные обстоятельства.

В апрельском номере всесоюзного журнала «Огонек», посвященном 15-летию первых Героев Советского Союза, был помещен цветной портрет Ляпидевского – в парадном мундире, в россыпи орденов и медалей. Этот номер завистники из министерства авиационной промышленности и передали Сталину, дескать, посмотрите, кем этот «герой» себя возомнил.

Сын А.В. Ляпидевского Роберт вспоминал, что накануне первомайского собрания отцу позвонил министр Хруничев и сказал: «Ничего не могу понять, Анатолий Васильевич, но приказом вышестоящих инстанций ты снят с занимаемой должности». Опала длилась два месяца – отец остро переживал случившееся. Два месяца не выходил из кабинета, никого не хотел видеть, не отвечал на телефонные звонки…

Но Сталин не дал в обиду героя № 1. Возможно, имитируя свой гнев, он просто проверял Ляпидевского на верность, готовя для знаменитого авиатора новое и куда более ответственное задание. В том же 1949 г. А.В. Ляпидевский занял один из руководящих постов в сверхсекретном КБ-25 (ныне Всероссийский НИИ автоматики), где в тесном сотрудничестве с группой физиков-ядерщиков, И.Е. Тамма и А.Д. Сахарова, разрабатывались блоки автоматики для водородных бомб.

Рис. 33

В 1954-1961 гг. А.В. Ляпидевский работал в должности директора опытного завода КБ-25.

- Нам он о своей работе ничего не рассказывал, - вспоминает сын Роберт Анатольевич. – Просто уезжал на работу, а иногда звонил, дескать, я уеду на три дня в командировку, все в порядке, не волнуйтесь. А ведь тогда (в 1954 г.) он был дважды награжден орденом Ленина, но за что конкретно давались награды, отец никому и никогда не говорил. Просто приходил домой и по солдатской привычке опускал ордена в стакан с водкой. Сами понимаете, в той отрасли ордена давались без лишнего шума.

Рис. 34

Кем в действительности работал отец, семья узнала лишь в 1961 году, когда во время испытаний самой мощной в мире 50-мегатонной водородной бомбы над Новой Землей все участники правительственной комиссии получили жесткую дозу облучения. По этой причине в том же 1961 году Ляпидевский по состоянию здоровья вышел в отставку. Однако долго сидеть без дела не смог. В свое конструкторское бюро его пригласил Артем Иванович Микоян. И до конца жизни А.В. Ляпидевский руководил разработкой истребителей Миг, в том числе «Миг-25», «Миг-27».

Рис. 35 mig25 21 Рис. 36 MiG 27 12142027335

Сначала он работал ведущим инженером (1962-1965), затем ведущим конструктором (1965-1971), заместителем главного инженера по капитальному строительству (с 1971).

Роберт вспоминал: «Отец был настоящим трудоголиком. Все время работал. У нас даже дачи своей не было, потому что у отца никогда не было времени ездить за город. Вот что он по-настоящему любил, так это плавать в Черном море, куда мы обязательно выбирались раз в год. И кроссворды».

Ляпидевский с семьей жил в Москве. До конца своих дней вел активную общественную жизнь.

Рис. 37

Но по-прежнему оставался скромным человеком.

Рис. 38

Умер 29 апреля 1983 года, простудившись на похоронах В.С. Молокова, который был одним из первых его летных инструкторов, товарищем по спасению челюскинцев. Для больного лейкемией Анатолия Васильевича эта простуда стала фатальной. Несколько месяцев он сражался с болезнью, но возраст взял свое. И первый герой СССР ушел из жизни последним – из той «великолепной семерки». Он был похоронен на Новодевичьем кладбище в Москве.

Рис. 39

 georg line

3. Награды

Герой Советского союза,

3 ордена Ленина (16.04.1934; 4.01.1954; 30.04.1954),

орден Октябрьской Революции (22.03.1978),

орден Красного Знамени (6.05.1946),

орден Отечественной войны 1-й (16.09.1945) и 2-й (4.08.1943) степеней,

орден Трудового Красного Знамени (11.09.1956),

2 ордена Красной Звезды (2.11.1944; 3.11.1944),

орден «Знак Почёта» (29.07.1960)

Награжден медалями.

 

georg line

4. Память

Памятник А.В. Ляпидевскому установлен в селе Белая Глина, бюсты – в городе Ейске и станице Старощербиновская.

Мемориальные доски в Москве на доме, в котором он жил, и в Ейске на здании школы, где он учился.

Имя А.В. Ляпидевского носят Омский лётно-технический колледж гражданской авиации, школы в Ейске и Старощербиновской.

Рис. 40

Именем А.В. Ляпидевского названы улицы в городах Москва, Барнаул, Грозный, Новосибирск, Омск, Ростов-на-Дону, Ставрополь, Улан-Удэ, Ярославль, Артём (Приморский край), Выкса и Шахунья (Нижегородская область), Магнитогорск (Челябинская область), Орск (Оренбургская область), Рыбинск (Ярославская область), Тихорецк (Краснодарский край) и других населённых пунктах.

  

georg line

5. Узнать больше

http://okt41school.narod.ru/1/okrug/move.htm    Рождённый в трудные военные годы

 

Послесловие:

Феликс Чуев "Ляпидевский"

 

...И встречает в дверях, улыбаясь по-детски,
Хоть прибавилось к детству немало седин,
Анатолий Васильевич, сам Ляпидевский,
У которого Звёздочка номер один.

И когда про него прозвучали стаканы,
«Каюсь, хлопцы, не я», - он вздохнул тяжело,
«Самым первым Героем - был Федя Куканов.
Должен был. И не стал. Просто не повезло...»

«Валька Чкалов, Байдук...», - имена-то какие!
А о самых о первых - что знаем о них?
И подумалось мне о богатстве России,
У которой на всё достает запасных...

Да и слава-то, в общем, обидно проходит:
Как тачанка в степи, как немое кино,
Где фанерный летает при полном народе,
Чтоб сегодняшним мальчикам было смешно.

Пусть меня посчитают отсталым и странным,
Пусть тридцатые годы я знаю из книг,
Мне любых реактивных дороже бипланы -
Из героев герои блистали на них!

Космонавтов везут, будет что-то другое,
Не запомнят иных - не напишешь на лбу.
И кого-то из тех - самых-самых - Героев
Постовой оттолкнет за канаты, в толпу...

1965 г.

Рис. 41

"У чукчей есть одна старая легенда о таинственных островах «по ту сторону льдов», которые бессчетно богаты зверьем. Исключительно храбрые охотники туда добирались не на байдарках, плывущих по студеной воде, а на таких байдарках, которые летали по воздуху! Лодки с выросшими крыльями водил на острова самый лучший охотник, первый герой из героев, по имени – «Анатолянгин»! Этим храбрым охотником чукотской сказочной легенды был Анатолий Ляпидевский Герой Советского Союза № 1."

(Ю.К. БУРЛАКОВ. Вице-президент Российской ассоциации полярников, Действительный член Русского географического общества)

 

vov

 

Яндекс.Метрика